Авторские свидетельства на изобретения СССР

Авторские свидетельства на изобретения СССР

Развитие советского изобретательского законодательства

В период с 1917 по 1919 г. формально сохранял свое юридическое значение закон 1896 г. Положения, которые он содержал, не могли отвечать интересам новой власти, поэтому уже 30 июня 1919 г. В.И. Лениным был подписан первый декрет, касавшийся изобретений, которым утверждалось Положение об изобретениях. Этим Положением провозглашались не известные зарубежному патентному законодательству принципы отношения государства к изобретениям и изобретателям. Оно, что называется, порывало связь с дореволюционным патентным законодательством и в ст. 10 содержало норму, согласно которой отменялись все законы и положения о привилегиях на изобретения, изданные до опубликования декрета. По словам А.В. Венедиктова, Положение об изобретениях 1919 г. было проникнуто «заботой партии и государства о развитии творческой инициативы рабочего класса и всех трудящихся и наиболее полном и рациональном ее использовании в интересах социалистического хозяйства»1Венедиктов А.В. Организация государственной промышленности в СССР. Т. 1. М., 1957. С. 641-642.. Основной смысл указанного Положения состоял в новом определении юридической природы изобретения как объекта, изъятого из гражданского оборота, доступного любому и каждому на условиях, продиктованных государством. Любое изобретение, признанное полезным Комитетом по делам изобретений, могло быть по постановлению Президиума Высшего совета народного хозяйства объявлено достоянием РСФСР. В ст. 2 Положения устанавливалось правило, согласно которому изобретения, объявленные достоянием РСФСР, за исключением секретных, но опубликовании об этом должны были поступать в общее пользование всех граждан и учреждений на особых условиях, оговоренных в каждом отдельном случае. Вместе с тем не был закрыт путь и к договорному порядку использования изобретений. В соответствии сост. 3 Положения 1919 г. само объявление изобретения достоянием государства должно было происходить по соглашению с изобретателем, предусматривающему и условие о вознаграждении последнего. Если же соглашение с изобретателем не достигалось, то объявление изобретения государственным достоянием происходило принудительно с выплатой особого вознаграждения, не подлежащего налогообложению.

Нормы, содержащиеся в Положении 1919 г., получили дальней шее развитие в Положении о Комитете по делам изобретений при научно-техническом отделе ВСНХ РСФСР от 9 декабря 1920 г. Указанным Положением, в частности, расширялся круг объектов изобретательского права (изобретения и модели), вводились институты заявочных свидетельств, фиксирующих приоритет, и авторских свидетельств, устанавливающих наличие самого права изобретателя. Положение, кроме того, разграничивало функции структурных подразделений Комитета, которые устанавливали новизну, полезность изобретения и вели учет применения изобретений, признанных полезными.

В связи с переходом страны к новой экономической политике 12 сентября 1924 г. ЦИК и СНК СССР приняли постановление «О введении в действие постановления о патентах на изобретения», которое явилось первым актом, предусматривающим общесоюзное регулирование отношений в сфере изобретательства. Указанный акт был по существу законом о патентах, поскольку патент выступал в качестве единственной формы правовой охраны изобретения, которое вновь становилось товарной ценностью. Постановлением, в частности, дозволялось приобретать патенту изобретателя, получать лицензию на использование изобретения не только государственным и кооперативным организациям, но и частным предпринимателям. В ст. 15 Постановления предусматривалось право государства на отчуждение патента в свою пользу при невозможности достижения соглашения с патентообладателем. Патент выдавался сроком на 15 лет, но мог быть аннулирован по решению суда, если в течение пяти лет с момента его выдачи он умышленно не был использован в промышленности ни патентообладателем, ни лицами, получившими лицензию.

Постановлением 1924 г. устанавливалась экспертиза новизны и патентоспособность изобретения, вводился институт преждепользования, предусматривалась возможность перехода патента по наследству, но не в составе наследственной массы, вменялась обязанность по уплате ежегодных пошлин.

Одновременное постановлением о патентах на изобретения ЦИК и СНК СССР принимают постановление «О промышленных образцах (рисунках и моделях)». Согласно указанному постановлению к охраняемым промышленным образцам были отнесены:

  • новые по виду и форме художественно-промышленные рисунки, предназначенные для воспроизведения в соответствующих изделиях;
  • новые по виду, форме, устройству или расположению частей модели, предназначенные для промышленности, кустарного производства, торговли, ремесла, домашнего обихода и вообще всякой работы.

Автору созданного технического решения предоставлялось право выбора подачи заявки на промышленный образец или изобретение. При этом заявитель в случае отказа в выдаче патента на изобретение мог трансформировать свою заявку на образец с сохранением приоритета заявки на изобретение. Право на промышленный образец подтверждалось специальным удостоверением, которое действовало в течение трех лет с возможностью последующего двукратного продления срока на три и четыре года.

Колебания в экономической политике в конце 20-х годов прошлого столетия и политическое признание факта построения фундамента социализма в СССР повлекли новые изменения в законодательстве об изобретательстве. ЦИК и СНК СССР 9 апреля 1931 г. принимают Положение об изобретениях и технических усовершенствованиях, которое развивается в инструкции Комитета по изобретательству при Совете труда и обороны «О вознаграждении за изобретения, технические и организационные усовершенствования». Как отмечалось в преамбуле Постановления, действовавшее до сих пор патентное законодательство, охраняющее интересы изобретателя путем предоставления ему исключительного права на его изобретение, уже не соответствует стремлениям передовых изобретателей — сознательных строителей социалистического общества.

Положение 1931 г. установило две альтернативных формы правовой охраны, а именно: авторское свидетельство и патент. Выдача авторских свидетельств означала, что право использования изобретения в пределах СССР принадлежало государству, а также кооперативным и другим организациям обобществленного сектора. При этом вознаграждение изобретателю выплачивалось отраслевым органом по изобретательству в зависимости от размера годовой экономии, даваемой изобретением. Автор имел также ряд льгот по подоходному налогу, поступлению на учебу, занятию должностей научных работников, дополнительные отпуска, жилищные, пенсионные и другие льготы. Если же выдавался патент, а срок его действия составлял 15 лет, патентообладатель обретал исключительное право на использование изобретения.

Все иные лица, не исключая и государственные организации, могли использовать изобретение только с разрешения обладателя патента и на условиях, определенных в лицензионном соглашении с ним. Выдача патента не сопровождалась льготами, которые сопутствовали получению авторского свидетельства.

Помимо правовой охраны изобретений Положением 1931 г. устанавливалась правовая охрана технических усовершенствований, не признанных изобретениями. Кроме того. Положением определялись: система органов в сфере изобретательства; порядок отбора изобретений и технических усовершенствований; порядок подачи заявок и проведения экспертизы заявленных предложений; особенности зарубежного патентования и ряд других вопросов.

Положение 1931 г. сопровождалось рядом конкретизирующих его актов. Так, 19 ноября 1932 г. президиумом Комитета по изобретательству при Совете труда и обороны было утверждено Положение о конфликтных комиссиях на предприятиях по рассмотрению споров о размере и порядке выплаты вознаграждения за технические и организационные предложения. Ранее, 13 августа 1931 г., было принято Положение о фондах премирования за достижения по выполнению и перевыполнению промфинплана, а также за изобретения, технические усовершенствования и рационализаторские предложения.

В середине 30-х годов в связи с упразднением Совета труда и обороны была осуществлена реорганизация руководства изобретательским делом. Комитет по изобретательству был ликвидирован постановлением ЦИК и СНК СССР от 22 июля 1936 г., а его функции переданы наркоматам и Госплану СССР. Выдача авторских свидетельств и патентов поручалась ведомствам, а Госплан занимался их регистрацией. В 1936 г. было отменено и постановление «О промышленных образцах (рисунках, моделях)». Охрана промышленных рисунков стала регулироваться нормами авторского законодательства, а моделей — нормами изобретательского права о технических усовершенствованиях.

В то же время середина 30-х годов является точкой отсчета введения в СССР правовой охраны селекционных достижений. В 1937 г. было принято постановление СНК СССР «О мерах по дальнейшему улучшению семян зерновых культур», согласно которому в перечень охраняемых результатов селекции включались вновь выявленные либо улучшенные сорта зерновых. Кроме того, указанное Постановление предусматривало: создание системы государственных испытаний сортов зерновых культур и их использования в народном хозяйстве; выдачу охранных документов авторам новых сортов растений и премирование за их внедрение в производство; регистрацию и публикацию сведений о новых сортах растений, прошедших государственные сортовые испытания и районирование в хозяйствах. Авторские свидетельства выдавались на все сорта растений, созданные или улучшенные в период с 1918 г.

5 марта 1941 г. в силу сложившихся обстоятельств СНК СССР принял новое Положение об изобретениях и технических усовершенствованиях, которое, однако, не было по своему содержанию принципиально новым актом. Оно закрепляло за наркоматами СССР и союзных республик, комитетами и главными управлениями при СНК СССР, кооперативными центрами руководство процессами разработки и внедрения изобретений, технических усовершенствований и рационализаторских предложений на основе государственных планов. Положением 1941 г. предусматривался административный и судебный порядок рассмотрения споров. В административном порядке подлежали рассмотрению споры о новизне, о размерах вознаграждения, а в судебном — споры об авторстве, о нарушениях порядка и сроков выплаты вознаграждения. Положением 1941 г. были отнесены к результатам творческой деятельности, охраняемым нормами изобретательского права, селекционные достижения. Их создателям выдавались авторские свидетельства, аналогичные авторским свидетельствам на изобретения.

Децентрализованная система управления изобретательством просуществовала вплоть до февраля 1956 г., когда было утверждено Положение о Комитете по делам изобретений и открытий при Совете Министров СССР. Названный орган наделялся полномочиями по руководству развитием изобретательства в стране и внедрением в народное хозяйство изобретений и открытий, по контролю за деятельностью министерств и ведомств в области внедрения изобретений и открытий, по содействию изобретателям.

24 апреля 1959 г. Совет Министров СССР утвердил Положение об открытиях, изобретениях и рационализаторских предложениях и Инструкцию о вознаграждении за открытия, изобретения и рационализаторские предложения.

В Положении 1959 г. были впервые сформулированы критерии охраноспособности открытия и изобретения, а технические усовершенствования утратили режим объекта изобретательского права и стали именоваться рационализаторскими предложениями. Положением был подтвержден установленный ранее порядок выдачи охранных документов на селекционные достижения и расширен круг последних. Согласно п. 5 Положения 1959 г. авторские свидетельства выдавались не только на новые, но и на улучшенные породы сельскохозяйственных животных и птиц, породы тутового и дубового шелкопряда, сорта сельскохозяйственных культур. При этом авторские свидетельства выдавались только селекционерам, селекционным станциям и станциям по племенной работе. Выдача осуществлялась не Комитетом по делам изобретений и открытий, а Министерством сельского хозяйства СССР.

Последующий период развития изобретательского законодательства ознаменовался включением норм, регулирующих изобретательские отношения в кодифицированные акты союзного и республиканского уровня. Правовой охране открытий, изобретений и рационализаторских предложений были посвящены специальные разделы в принятых 8 декабря 1961 г. Основах гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик и аналогичные подразделения в Гражданских кодексах. В начале 60-х годов прошлого столетия был принят и ряд весьма важных документов организационно-распорядительного характера, в том числе постановления Совета Министров СССР от 14 июня 1962 г. «Об улучшении охраны государственных интересов в области изобретений и о дальнейшем улучшении организации изобретательства в СССР», от 30 июня 1964 г. «О мерах по улучшению дела изобретательства и рационализации в сельском хозяйстве», постановление Правительства СССР от 19 мая 1965 г. «О внесении дополнений в Положение об открытиях, изобретениях и рационализаторских предложениях». В середине 60-х годов в связи с присоединением СССР к Парижской конвенции по охране промышленной собственности была возобновлена правовая охрана промышленных образцов. Советом Министров СССР 9 июня 1965 г. принимается постановление «О промышленных образцах», которое конкретизируется в утвержденном Комитетом по делам изобретений и открытий Положении о промышленных образцах. По смыслу указанных нормативных актов в качестве промышленных образцов подлежали охране новые, пригодные к изготовлению промышленным способом художественные решения внешнего вида промышленного изделия, в которых достигалось единство технических и эстетических качеств. Не являлись охраноспособными художественные решения внешнего вида значительной части изделий легкой промышленности, например предметы галантереи, изделия швейной промышленности и трикотажного производства. Положением 1965 г. предусматривалось две формы правовой охраны промышленного образца: свидетельство и патент. Патент выдавался на пять лет с возможностью однократного продления.

21 августа 1973 г. постановлением Совета Министров СССР принимается новое Положение об открытиях, изобретениях и рационализаторских предложениях, которое вступило в силу с 1 января 1974 г. Указанное Положение и изданные в его развитие нормативные акты составили целостную систему нормативного опосредования изобретательских отношений, действовавшую почти два десятилетия.

Положением 1973 г. предусматривалось две формы правовой охраны изобретений. Первая форма опосредовалась авторским свидетельством на изобретение и дополнительным авторским свидетельством. Последнее выдавалось на дополнительное изобретение, являющееся усовершенствованием основного, охраняемого свидетельством или патентом. При выдаче авторского свидетельства исключительное право на изобретение закреплялось за государством как особым субъектом изобретательского права. Иностранные фирмы и граждане, допущенные к осуществлению хозяйственной деятельности на территории СССР, а также резиденты, занимающиеся промыслом (кустари), не имели права без получения лицензии использовать в своей деятельности изобретения, на которые выданы авторские свидетельства, в течение 15 лет со дня подачи заявки на изобретение.

Вторая форма правовой охраны изобретений опосредовалась патентом на изобретение и дополнительным патентом. Патент закреплял за его обладателем исключительное право на изобретение сроком на 15 лет, считая со дня подачи заявки.

Согласно п. 25 Положения только авторским свидетельством могли охраняться вещества, полученные химическим путем, лечебные вещества, способы профилактики, диагностики или лечения заболеваний людей и животных. Патент также не мог быть выдан на изобретения, которые создавались в связи с работой автора на государственном, кооперативном и общественном предприятии или по их заданию либо с получением от них материальной помощи.

Положением предусматривалась проверочная система экспертизы заявок, включающая две стадии: предварительную экспертизу и государственную научно-техническую экспертизу изобретений. Устанавливались четыре критерия охраноспособности: техническое решение задачи, новизна технического решения, существенные отличия технического решения, положительный эффект технического решения.

Положение 1973 г. продолжило традицию правовой охраны селекционных достижений общими нормами изобретательского законодательства (п. 22). В то же время был принят ряд специальных актов, отражающих специфику признания биологических решений охраняемыми. Так, Министерством сельского хозяйства СССР были утверждены Положение об апробации селекционных достижений в животноводстве от 9 ноября 1976 г., Положение о правовой охране новых сортов растений в СССР от 13 августа 1980 г., Положение о государственном испытании и районировании сортов сельскохозяйственных культур от 11 мая 1981 г.

Что касается промышленных образцов, то новое Положение о промышленных образцах было утверждено Постановлением Совета Министров СССР от 8 июня 1981 г. № 539. Согласно п. 10 указанного Положения промышленным образцом признавалось новое художественно-конструкторское решение изделия, определяющее его внешний вид, соответствующее требованиям технической эстетики, пригодное к осуществлению промышленным способом и дающее положительный эффект.

В отличие от Положения 1965 г. новое Положение предусматривало критерий мировой новизны промышленных образцов. В п. 12 Положения содержался перечень художественно-конструкторских решений, которые не могли быть признаны промышленными образцами. К их числу были отнесены:

  • изделия, не выполняющие утилитарной функции, например книги, произведения живописи, скульптуры;
  • жилые здания, промышленные, гидротехнические и другие сооружения, кроме малых архитектурных форм (киоски, ларьки, палатки и т.п.);
  • изделия, которые не обозреваются в процессе эксплуатации (потребления), например радиолампы;
  • изделия, внешний вид которых обусловлен исключительно их функцией (гайки, болты, винты);
  • изделия, противоречащие по своему назначению и оформлению общественным интересам, принципам гуманности и социалистической морали.

Пункт 4 Положения предусматривал, что автор промышленного образца мог требовать получения свидетельства или патента. Свидетельство подтверждало исключительное право государства на образец, а патент — исключительное право патентообладателя. Срок действия свидетельства не ограничивался по времени, а исключительное право государства действовало в течение 10 лет. Срок действия патента составлял пять лет с возможностью продления, но не более чем на пять лет.

Советский этап развития законодательства об изобретательстве закончился в начале 90-х годов прошлого столетия. К этому времени теория и практика изобретательства пришли к выводу о необходимости регулирования изобретательских отношений посредством нормативного акта в ранге союзного закона. И такой закон был принят. 31 мая 1991 г. Верховный Совет СССР после длительных дискуссий с привлечением юридической общественности принял Закон СССР «Об изобретениях в СССР», который вводился в действие с 1 июля 1991 г. Однако указанному Закону не суждено было сыграть роль основополагающего акта в области изобретательства. Последующий распад СССР и курс бывших союзных республик на суверенное существование досрочно сделали Закон СССР «Об изобретениях в СССР» не более чем историческим памятником в области правового регулирования изобретательских отношений.

Аналогичная судьба постигла и Закон СССР «О промышленных образцах» от 10 июля 1991 г., который должен был быть введен в действие с 1 января 1992 г.

Заявление изобретателей СССР о своих правах

Как известно, патентно-лицензионная работа-это деятельность по созданию и освоению принципиально новых объектов техники, а также по защите прав авторов в области изобретений и открытий. Эта работа по своему характеру является не только неотъемлемой частью научно-исследовательских работ, но и важнейшим элементом государственности. Государство с большим грузом проблем в этой области и без защиты прав изобретателей, не может считаться цивилизованным и развитым государством в современном мире.
Обращение ставит своей целью привлечь внимание изобретателей, чиновников и общественности к вопросам соблюдения прав авторов, владеющих авторскими свидетельствами на изобретения СССР, которые, как и советские паспорта, объявлены в странах СНГ «негосударственными» и утратили свое правовое значение. Возникает необходимость поднять активность изобретателей и уровень их информированности в вопросах защиты своих прав. Предлагается принять участие изобретателям в обсуждении сложившегося положения и дополнить это обращение своими конкретными примерами, документами и вопросами.
Другой целью обращения является приглашение новаторов к знакомству с научно-техническими проектами Интернет-НИИ «Рагиянавтика» с целью использования в них своих идей и изобретений по новому назначению. Информацию о проектах можно прочитать по адресу: http://www.ragianavtika.narod.ru/index.html
Задачи, формы и характер взаимовыгодного сотрудничества могут быть самые разные. Они изложены на страничке Интернет-НИИ «Рагиянавтика» по адресу: http://www.ragianavtika.narod.ru/prigl.htm. Интернет-НИИ «Рагиянавтика» предлагает авторам изобретений объединиться и использовать все возможные способы взаимодействия и взаимопомощи для превращения в патенты авторских свидетельств СССР, а также материалов заявок на изобретения, незаслуженно выброшенных на «свалку истории» и ставшие ненужными государству.
Предлагается организовать Интернет-аукцион идей и изобретений, которые до сих пор не востребованы и неоцененны должным образом. Идеи и изобретения не хуже денег, могут и должны работать, обращаться и приносить, в том или ином виде, известность, доход и уважение своим владельцам, а также их потомкам. Государственные чиновники часто ошибались и продолжают ошибаются, решая проблемы в отрыве от изобретателей. О мытарствах основоположника космонавтики Э.К.
Циолковского можно прочитать на странице по адресу:http://www.ragianavtika.narod.ru/ziolk.htm. Урок и подвиг простого калужского учителя, ставшего великим ученым и изобретателем говорит, что как тогда, так и сейчас очень многое зависит от самих изобретателей.

О конкретных изобретательских проблемах

После распада СССР, по мере ускорения капитализации стран на постсоветском пространстве, проблемы изобретателей все более обостряются, запутываются и требуют своего решения. Рассмотрим лишь часть из них.
Во-первых, многих изобретателей интересует вопрос о правовых и экономических требованиях и условиях, связанных с обменом авторских свидетельств СССР на патенты, обеспеченных защитой законов России и Украины. Учитывая «скрытый от общества характер развода», который произошел между патентными ведомствами стран, и, принимая во внимание особенности каждого изобретения, ответ не может быть простым. Одни изобретения разработаны в одной стране, а реализованы при производстве техники и/или используются при эксплуатации в другом государстве.
Другие, временно не участвуют в производстве, но сохраняют свою ценность и используются при разработках перспективной техники. Третьи, являются «опередившими свое время» и ждут своего часа.

Есть и четвертая категория изобретений, время которых прошло, но продукция, выпускавшаяся ранее, приносила доход и участвовала вместе с изобретателями в «штурмах» космоса, океана, целины и так далее. В любом случае, имея на руках авторское свидетельство на изобретение СССР, авторы и их наследники имеют право получить обоснованные ответы на вопросы и справедливые решения по ним. Для них это имеет значение не меньше, чем ответ для японцев на вопрос «О Курильских островах».
На создание научно-технического потенциала СССР, который работает и сейчас, многие авторы и члены их семей «потратили» свои жизни и судьбы.
Имеются и другие вопросы. Как решать вопросы с заявками на изобретения, на которые были получены положительные решения ВНИИГПЭ (Всесоюзный научно-исследовательский институт государственной патентной экспертизы), или не получены, а делопроизводство кем-то было прервано? Известно, что выдача таких решений раньше не могла состояться без проведения экспертизы.
Это сейчас «ляпают» изобретения, диссертации и ученые степени без экспертизы. За изобретение же без экспертизы никто «гроша ломанного не даст». В связи с экономическими трудностями, сложившимися не по вине изобретателей, и, учитывая, что мировой патентный фонд ВНИИГПЭ остался в Москве многие изобретатели на постсоветском пространстве не в состоянии проводить патентную экспертизу по всему фронту науки и техники.
Когда это будет возможно неизвестно. Возникает необходимость в разработке межгосударственных взаимовыгодных соглашений по экспертизе заявок на изобретения.
Важным является и вопрос, о судьбе заявок на изобретения, по которым не было принято никакого решения. Отсутствие решения не означает уничтожения архива по делопроизводству изобретений. или утрате авторских прав на них. Многие помнят, из средств массовой информации, как японцы предлагали купить за «большие деньги» у СССР, а точнее у ВНИИГПЭ материалы заявок, по которым были приняты отказные решения.
На тот момент, по понятным причинам, сделка не состоялась. Авторы же изобретений, граждане СССР, имеют полное право на получение информации о заявке или авторском свидетельстве и на личное участие при решении их судьбы.
Восстанавливать делопроизводство по изобретению «с нуля» для многих авторов сегодня невозможно.
Имеются также неурегулированные вопросы, связанные с изобретениями, которые затрагивают финансовые интересы авторов, государственных организаций, предприятий бывшего ВПК СССР, разбросанных теперь по СНГ. Как быть если автору известно, что его изобретения используется много лет, а вознаграждения, которые во времена СССР было однократными, при изменившихся обстоятельствах в стране, не пересматриваются? Ответить на этот вопрос сложно, как сейчас модно говорить — без политического решения, и, особенно, без законов, обязывающих должностных лиц СНГ решать проблемы изобретателей.
Особые трудности ожидают изобретателей, труды которых оказались теперь в «руках» приватизированных предприятий и организаций, находившихся ранее под крылом оборонных отраслей СССР. Ведь частная собственность для «новых хозяев», по новым законам, священна и неприкосновенна. Многие изобретатели уже не работают на этих объектах, а кому больше принадлежат права по авторскому свидетельству на изобретение СССР законодательно не урегулировано.

Положение о том, что основным владельцем и распорядителем авторского свидетельства на изобретение является государство, по существу, сохраняется, а патент в обмен на авторское свидетельство СССР, как задумывалось раньше, выдавать никто не торопится. Тем более никто не будет думать за автора о получении, причитающегося ему вознаграждения за использование изобретения.
Защиту прав изобретателей в таком случае организовать трудно, а иногда очень трудно.
Автор и его единомышленники готовы доказать, что его и многих других авторов изобретений СССР государство раньше очень сильно «обидело» и это «надувательство» продолжается сегодня, со стороны нынешних государственных органов СНГ, которые используют изобретения, не выплачивая его создателям ни копейки.
Для сравнения приведем пример решения похожей проблемы изобретателя в других странах. В прессе сообщалось, что в США закончился 12-летний судебный процесс по иску изобретателя Роберта Кирнса к компании «Форд». Р. Кирнс изобрел механизм для приведения в действие «дворника» ветровых стекол автомобилей. Суд признал, что компания нарушила права изобретателя, и обязал выплатить ему 10,2 млн. долларов плюс 1 млн. долларов в виде процентов на эту сумму, которая не была выплачена своевременно истцу.
Невозможно точно оценить вклад рассматриваемых в примерах изобретений на прогресс всего человечества, но возможно, хотя бы примерно, сравнить и оценить уровни вознаграждений и защиты этих изобретателей со стороны государств. Этот изобретатель в Америке получил вознаграждение почти в десятки тысяч раз выше, чем такого уровня и даже выше изобретатели по авторскому свидетельству СССР.
Однако, справедливости ради, следует заметить, что во всем мире методики по определению размера как вознаграждения, так и причиненного ущерба изобретателям, нет и создать такую методику невозможно. Однако, любой ущерб, как в Америке, может быть доказан в справедливом суде хорошими адвокатами.
Об объективных и научных критериях оценки важности изобретений для общества можно прочитать на сайте Интернет-НИИ «Рагиянавтика» на страничке: http://www.ragianavtika.narod.ru/ozenka.htm.
Еще во времена СССР, когда господствовали для большинства народа общественная собственность и моральный кодекс строителя коммунизма, подобные вопросы тоже возникали, но тогда люди жили по другим законам, чем сейчас. Теперь, когда в обществе идут процессы и «кровавые битвы», связанные с мультимиллиардными приватизациями практически всех объектов общенародного и всесоюзного хозяйства, вопросы прав на интеллектуальную собственность авторов, изобретения которых используются и продолжают использоваться в государствах СНГ, обнажились и затрагивают морально и материально очень многих изобретателей и творческих работников. Для их решения необходим соответствующий закон для СНГ по изобретениям, а также контроль со стороны общества за исполнением этого закона, который бы принуждал чиновников, а теперь и «хозяев», решать эти вопросы.
Рассмотрим ещё один пример. Авторское свидетельство на изобретение №774364, выданное председателем Госкомитета по делам изобретений и открытий по заявке №2362257 с приоритетом от 19 мая 1976 года, зарегистрировано в Государственном реестре изобретений СССР 27 июня 1980 года. Информации об использовании изобретения нет.

Ни единовременного поощрительного никакого другого вознаграждения автор не получал за это изобретение. Это изобретение, как выше говорилось, относится к разряду тех, которые ждут своего времени, но его уже используют в научных статьях, диссертациях и при разработках проектов.
Перечень литературы с такими фактами может быть приведен. Возникает ряд вопросов.
Следует ли считать, что такие изобретения, в виде технических знаний, используются министерством образования и науки, которые и должны соблюдать права авторов, используя имеющиеся у них фонды? Кто защитит права авторов таких изобретений, на которых тоже учится подрастающее поколение?
Или в государстве защищают только права Нобелевских лауреатов? Но лауреатов нельзя вырастить без массива изобретений, прошедших экспертизу и отвечающих всем требованиям мировой новизны.
Рассмотренные вопросы и конкретные примеры не имеют ясных решений и ответов. Они не просматриваются в законах, а инструкций, доступных и понятных для изобретателей, тоже нет. В этом отношении справедливо утверждение, ставшее афоризмом: «Незнание закона свидетельствует о его отсутствии». На рассмотрение этих изобретательских проблем необходимо «командировать», специалистов по патентно-лицензионной работе, если они еще существуют.
Необходимы волевые решения должностных лиц. Изобретатели СССР надеются, что такие решения появятся.


Юрий Александрович Беспалов,
министр химической промышленности СССР (1986−1989),
председатель Госкомизобретений СССР, Госпатента СССР (1989−1991),
зампредседателя Российского фонда федерального имущества (1993−1994),
министр промышленности России (1996−1997),
президент нефтяной компании «Роснефть» (1997−1998).
Беседует Максим Шалыгин.
М. Шалыгин. Большинство аналитиков и экспертов, рассуждая о путях выхода из кризиса, сосредотачивают своё внимание на международной ситуации, финансовой и налоговой политике российского правительства, ценах на нефть и курсе мировых валют. В то же время, принято считать, что кризис — самое удачное время для появления и реализации новых идей и технологий. Однако, это сегодня, практически, не обсуждается. У нас в стране нет новых идей?
Ю. Беспалов. Конечно есть, просто этим надо заниматься.
М. Шалыгин. Вы работали вместе с Сергеем Павловичем Королёвым и получили Государственную премию по химии за разработку материалов, используемых при подготовке ракеты для запуска первого человека в космос. В последние годы СССР, именно вы возглавляли Госкомитет по изобретениям и открытиям. Были последним председателем Государственного патентного агентства Советского Союза. Можно ли сегодня говорить об интеллектуальном наследии СССР или всё разворовали-распродали ещё в Перестройку?
Ю. Беспалов. Ничего мы не распродали. Ни одного патента. Госкомизобретений занимался проверкой, регистрацией и выдачей охранных документов на изобретения. И удалось много чего сделать. Вот, к примеру, Виталий Лазаревич Гинзбург, наш академик, лауреат Нобелевской премии, одно время «полоскал» в печати эту систему регистрации открытий. Я поехал к нему. Встретились. Начал рассказывать, что такое государственная регистрация открытий и почему это необходимо. Когда я ему объяснил, он говорит «слушай, совсем другое дело, я согласен»
М. Шалыгин. В чем были разногласия?
Ю. Беспалов. Он говорил, что вся эта наша система не нужна. Весь мир не делает регистрацию открытий, и нам не нужно. Затем изобретения необходимо проанализировать, экспертизу провести и так далее. И что открытия — это идея. Я ему на это отвечаю. Вот, к примеру, русский физик и электротехник Александр Степанович Попов. Представил идею. Даже больше. Представил своим коллегам радиоприёмник. А итальянец Маркони только через год подал заявку на регистрацию. И теперь говорят — первым был не Попов, а Маркони. Я говорю академику: «Хорошо. Вот сейчас Гинзбург представляет полупроводники, потом проводники и сверхпроводимость. Твоя идея?» Он говорит: «Моя». Я: «Вот если мы ее сейчас не зарегистрируем, кто скажет, что это ты? А если где-то перехватят эту идею и опубликуют. Ведь на Западе порядок другой. Публикация — и всё, это — твоё. Тебе принадлежит. А у нас — нет. Публикация ни о чём не говорит. Вот мы тебе даём государственный приоритет. Документ, что это твоё изобретение». А потом, говорю, это же не мы придумываем: регистрировать или нет. Мы же подтверждаем, даем заключение, что автор в течение года ходит к специалистам, неспециалистам, к оппонентам, и прочая и прочая. У нас там полтора десятка видных академиков, профессоров, докторов, специалистов.
М. Шалыгин. Этот порядок был только в Советском Союзе?
Ю. Беспалов. Это было только в Советском Союзе, больше нигде. Таким образом государство защищало свою интеллектуальную собственность и своих граждан. У меня позже была одна идея, хотел её сделать, но уже не успел. Создать Фонд изобретений и торговать этими изобретениями. Но не получилось. Сейчас эта идея где-то в кулуарах рождается. Встречаю её иногда в печати. Что начинают что-то создавать. Мы же всё сохранили в своё время. И сейчас этот фонд лежит. Это же золотой запас.
М. Шалыгин. Какова судьба патентов времён Советского Союза?
Ю. Беспалов. Лежат без движения. Какие-то…
М. Шалыгин. Они — ещё действующие, «живые»?
Ю. Беспалов. Живые. Некоторым срок давности 25 лет. И потом — идея ведь не стареет. Её можно реализовать или похоронить. Но идея есть идея.
М. Шалыгин. И там много оригинальных идей? О каком количестве мы говорим?
Ю. Беспалов. Очень много. Вот почему иностранные фирмы там сегодня «пасутся».
М. Шалыгин. В архиве — это где?
Ю. Беспалов. В институте экспертизы. Тогда был Всесоюзный, сейчас Всероссийский институт патентной экспертизы. На Бережковской набережной. Там построили тогда архив. Там они и лежат.
М. Шалыгин. О каком количестве единиц хранения мы говорим — сотни, тысячи?
Ю. Беспалов. Ой, там миллионы. Там ещё с царских времен мы всё сохраняли. Пример приведу. Вот, тоннель под Ла-Маншем построили. Это изобретение французов, знаете об этом? И пока автор был жив, никто не мог этот тоннель построить. Он просил огромные суммы, которые не могли позволить себе ни Англия, ни Франция. И когда автор скончался, и прошло 25 лет — это тогда уже общедоступная вещь. И они взяли этот патент, и построили. Один к одному сделали, если проверите.
М. Шалыгин. А у нас что-то есть похожее?
Ю. Беспалов. Ну, у нас много чего! Я так с ходу не назову. Но это кладезь! И на этом можно заработать. Я вот так скажу: Америка, во времена президента Рональда Рейгана на патентах зарабатывала 40 миллиардов долларов. Ещё тех долларов, того времени. А сам Рейган раз в полгода приезжал в патентное ведомство Америки и проводил заседание. У нас тогда была чёткая схема работы, вся нормативная документация — всё было разработано. И ими можно было торговать. Не буду скрывать, обращались ко мне… разные инициативные такие… сведи, мол, с тем автором, с другим — мы там договоримся с ним как-то… Я им всегда говорил, что это всё государственная собственность. Я мошенничеством не занимаюсь.
М. Шалыгин. Сегодня вы бы взялись бы за организацию такого Фонда сегодня?
Ю. Беспалов. Конечно, создать такой Фонд возможно и сегодня. Создать и законно торговать. Почему у меня не получилось тогда? Застопорили. Потому, что вот эта жадность человеческая — иногда заслоняет всё остальное. Особенно на Украине некоторые просто «выскакивали» из штанов. Патенты же у нас были с авторским коллективом до 25 человек. Хотя и редко. Чаще — три-четыре автора. И когда мы собирали коллег, они же поорганизовывали свои, там, комитеты… Я их собирал — белорусы, казахи и прочая. И мы не нашли решения. И когда окончательно рухнул Советский Союз — все переговоры окончательно закончились. Но идея, я считаю, здоровая и до сих пор жизнеспособная. Тут можно было найти консенсус. Ведь изобретения в конечном счёте принадлежат конкретным авторам, а не странам. Давайте мы создадим общий Фонд и вместе будем торговать. Не получилось.
М. Шалыгин. Есть ещё одна сторона вопроса. Это правительство и чиновники. Которые, вероятно, должны не только помогать торговать патентами, но содействовать внедрению патентов здесь, создавать производственные мощности в стране. Вы как-то сказали, что в сегодняшнем госуправлении стало меньше компетентности и профессиональной подготовки, а эффективность и ответственность — просто исчезли.
Ю. Беспалов. Все это так. Но, я думаю, конкретно нынешнее поколение управленцев — не первоисточники этого процесса. Кроме отдельных. Ведь это третье или четвертое, после Гайдара, поколение министров. Поэтому они чисты от той вакханалии, которая творилась двадцать лет назад. Могут ли они что-либо сейчас сделать? Я считаю, что вот этот экономический блок — Силуанов, Улюкаев, Набиуллина — их всех нужно выгнать. Уволить их нужно. Потому, что они проводят кудринскую линию.
М. Шалыгин. Ясинско-кудринскую…
Ю. Беспалов. Может быть и так, если раньше посмотреть.
М. Шалыгин. Кудрин сегодня призывает вместе с Горбачевым к Перестройке-2…
Ю. Беспалов. Ну, я слышал эту ахинею, это кошмар какой-то! Я думаю, это последний гвоздь кадровый в перспективу Кудрина. Он сам себе этот гвоздь забивает. Потому что эту глупость не может нормальный человек даже слышать. Вы как раз и подтверждаете мою мысль, что вот это звено кудринское, что осталось, — необходимо убирать.
М. Шалыгин. Ну хорошо, уволят, к примеру, нескольких высших чиновников. Что изменится? Кто работает сегодня в министерствах на средних управленческих должностях? На уровне начальника отдела, замначальника отдела? Ведь это они на самом деле страной руководят, в ежедневном режиме.
Ю. Беспалов. Случайные люди, я скажу так.
М. Шалыгин. Выпускники «Высшей школы экономики». И вот как с такими… управленцами четвёртого-пятого поколения от «Экономикса»… возможно что-то действительное создать и построить?
Ю. Беспалов. Вот смотрите — аналогию проведу вам. В чём был недостаток брежневской эпохи и Брежнева лично? Много там что говорят… Но я считаю, что он состарил подрастающее за собой поколение. Поколение 25 лет. Работающее. Последующее. И вот он сидел там до 1982 года — им уже было по 65 лет. И они уже пенсионеры были. И сейчас история повторяется. И вы видите каким образом. Либералы. У них нет развития. И вот это поколение либералов — умирающее. У них нет перспективы, в конечном итоге. Нужно это поколение пережить и готовить новое. Другое. Новое.
(дата бесебы — июль 2015 года)
БЕСПАЛОВ Юрий Александрович
Родился в г. Магниторгорске (Челябинская область) 7 февраля 1939 года.
По специальности — инженер-технолог. В 1961 году окончил Казанский химико-технологический институт им.С.М.Кирова. Кроме того, окончил Академию общественных наук при ЦК КПСС.
После окончания Казанского института с 1961 по 1965 гг. работал на заводе в Свердловске сначала инженером-технологом, затем старшим инженером-технологом.
С 1965 по 1971 год являлся начальником производственного отдела, а затем главным инженером завода пластмассовых изделий в Минской области.
В 1967 году вступил в КПСС, из членов которой выбыл в 1991 году.
В период с 1971 по 1979 гг. работал заведующим отделом, а затем главным инженером Охтинского НПО «Пластполимер» (г.Ленинград).
С 1979 по 1984 гг. являлся сначала инструктором, затем консультантом отдела химпромышленности ЦК КПСС. В 1984 году становится референтом секретаря ЦК КПСС, а затем до 1986 года работает заместителем заведующего отдела химической промышленности ЦК КПСС.
В 1989 году назначен на пост министра химической промышленности СССР.
С 1989 по 1991 годы — депутат Верховного Совета СССР 11-го созыва.
С 1991 года возглавлял Государственное патентное агентство СССР, являлся президентом Союза производителей химической продукции, президентом Международной федерации химиков, а также заместителем председателя РФФИ.
В 1994 году был назначен руководителем промышленного департамента аппарата Правительства Российской Федерации.
С августа 1996 по март 1997 года — министр промышленности РФ.
В конце апреля 1997 года правительственным распоряжением был назначен президентом нефтяной компании «Роснефть» и председателем ее совета директоров.
В мае 1998 года распоряжением правительства был отстранен от должности.
Доктор технических наук, профессор, лауреат Государственной Премии СССР.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *