Особо важные дела

Особо важные дела

Следователи отделов по расследованию особо важных дел занимаются расследованием особо тяжких и «резонансных» преступлений: умышленных убийств; коррупционных, должностных преступлений; преступлений, совершенных сотрудниками милиции, прокуратуры, других силовых структур; преступлений, совершенных в отношении этих должностных лиц.

В производстве отделов по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Карелия находятся уголовные дела, имеющих широкий общественный резонанс. И это объяснимо, поскольку фигурантами по данным делам являются должностные лица высокого уровня.

Первый отдел по расследованию особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности)

Руководитель отдела

подполковник юстиции

Кензеев Улан Айсович

Следователи по особо важным делам

подполковник юстиции
Дюжилов Александр Андреевич

подполковник юстиции
Коваль Юрий Александрович

Второй отдел по расследованию особо важных дел (о преступлениях против государственной власти и в сфере экономики)

Руководитель отдела

подполковник юстиции

Готчиев Артём Евгеньевич

Следователи по особо важным делам

майор юстиции

Брюханов Александр Гурьевич

подполковник юстиции

Андреев Алексей Витальевич

майор юстиции

Лапытько Антон Сергеевич

старший следователь отдела

подполковник юстиции

Щеблыкин Даниил Александрович

подполковник юстиции

Кудров Андрей Валерьевич

Сегодня, 25 июля, в стране отмечается День сотрудника органов следствия Российской Федерации. По итогам 2014 года Олег Тетерин, будучи следователем по особо важным делам следственного отдела по Сыктывкару, был признан лучшим следователем на региональном уровне, после чего в порядке повышения был назначен в аппарат следственного управления Коми. Накануне профессионального праздника в интервью агентству БНК старший следователь отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета России по республике Олег Тетерин рассказал о резонансных делах и буднях борцов с преступностью.

Фото Николая Антоновского

— По итогам прошлого года вас признали лучшим следователем республики. Как вы считаете, в чем ваши заслуги?

— Наверное, это объем выполненной работы, количество и качество уголовных дел, направленных в суд. Оправдательных приговоров ни по одному из них не было, также как и нарушений конституционных прав, незаконных задержаний. Учитывалась и нагрузка. В Сыктывкаре у меня в производстве было в среднем 8-9 дел, что достаточно много. Когда начинал следователем в Прилузском районе, было по 3-4 уголовных дела. То есть за это время нагрузка увеличилась в два-три раза.

— Как изменилась ваша работа с повышением в статусе и возросшим уровнем ответственности?

— Подход, наверное, не изменился. Тактика и методика проведения следственных и процессуальных действий едина. Скорее сам стал более организованным, планирую больше следственных действий, составляю вопросы, прорабатываю возможные версии, которые может выдвинуть обвиняемый. Сейчас, в основном, я расследую экономические дела. Фигуранты этих дел зачастую заранее готовятся к совершению преступлений, продумывают все до мельчайших подробностей, консультируются с адвокатами, юристами, бывшими сотрудниками правоохранительных органов по поводу возможного уголовного преследования и минимизации его последствий. Бытовые тяжкие и особо тяжкие преступления обычно раскрываются по горячим следам, и подозреваемые легко дают признательные показания, а экономические — продуманы до мелочей.

— Какие дела считаются особо важными?

— Это преступления, вызвавшие большой общественный резонанс, например, против государственной власти и порядка управления, а также преступления, совершенные лицами, имеющими определенный правовой статус, например, депутатами, адвокатами, выборными должностными лицами органов местного самоуправления, следователями. Зачастую, это сложные коррупционные и экономические уголовные дела.

— В чем особенности и сложности их расследования?

— Основные сложности — это большой объем работы и оказание фигурантами противодействия следствию. Как правило, следователю необходимо совершить большое количество процессуальных действий, в том числе и за пределами республики. Нужно выезжать, допрашивать людей, проводить осмотры и обыски. Обвиняемые по таким делам нанимают себе по несколько адвокатов, которые направляют большое количество жалоб, заявлений, в которых указывается, якобы, о нарушении прав подзащитных, зачастую необоснованно. Бывает, применяют незаконные способы защиты, такие как фальсификация документов, давление на следователей и на других участников уголовного судопроизводства.

— Расскажите, с каким трудностями вам приходилось сталкиваться?

— Одно из самых непростых дел я расследовал в первый год моей работы следователем. Руководитель одного из отделов районной администрации присваивала денежные средства путем составления заведомо ложных документов. Она работала с молодежью в сфере спорта и туризма, проводила соревнования, на которые выделялись деньги на проезд, питание и призы для участников. К примеру, она указывала, что, приехало 20 человек, хотя на самом деле было человек десять. Составляя подложные документы, получала за это деньги. Сложность для меня, как начинающего следователя, состояла в изучении бухгалтерской документации. Пришлось также вникнуть в тонкости составления бухгалтерской отчетности и т.п. Также нужно было найти всех участников соревнований, к тому времени они разъехались на летние каникулы. В итоге было установлено, что из бюджета района было похищено несколько десятков тысяч рублей. Администрация не хотела добровольно предоставлять документы (в районе все друг друга знают, никто не хотел выносить сор из избы), поэтому они были изъяты в ходе обыска.

— К подследственности следователей отнесены налоговые преступления. В чем особенность их расследования?

— Один гражданин, уклонявшийся от уплаты налогов на несколько миллионов рублей как индивидуальный предприниматель, по документам считался бомжом. Он нигде не был зарегистрирован, не имел ни квартиры, ни машины, все было оформлено на его жену. Зачастую в ходе проверок выявляются так называемые «руководители с улицы», которым за пять тысяч в месяц предлагают стать директором, и все оформляют на них. Нужно искать контрагентов организации, а через них устанавливать фактических руководителей. Самое сложное — это доказать, что предприятием руководил тот или иной человек, а не номинальный директор. Для этого допрашиваем свидетелей, работников организации. Я считаю, что каждое налоговое преступление представляет особую сложность, потому что изучению и анализу подлежит очень большой объем информации, зачастую требующей специальных познаний. Именно в связи с этим расследование налоговых преступлений осуществляется в тесном взаимодействии с сотрудниками налоговых органов.

— Как вы справляетесь с таким объемом информации?

— Особого электронного документооборота и делопроизводства у нас нет. В суд дела всегда направляются на бумажных носителях. Пока мой личный рекорд – это около 40 томов по налоговому делу. Вообще экономические дела всегда имеют много эпизодов, и их материалы насчитывают не один десяток томов. Все дела сканируются и хранятся в электронном виде.

— Какие технологии сегодня имеются в арсенале следователя?

— В арсенале следователя всегда есть фотоаппарат, видеокамера, если это следователь-криминалист — следственные чемоданы, которые снабжены упаковочными материалами, различными инструментами для изъятия и фиксации следов преступления. Их может использовать как следователь-криминалист, так и обычный следователь. Георадар — устройство, которые ищет пустоты в земле, обычно применяется для поиска захороненных трупов. Тепловизор ориентируется на тепловое излучение. Еще есть прибор, который определяет наличие скрытых видеокамер. Например, приезжаем на место преступления, где никто ничего не видел, с помощью этого прибора можно определить, что кто-то установил видеорегистратор на балконе, чтобы следить за своей машиной. Он попадает в объектив этого устройства, мы сразу идем к этому человеку и изымаем видео. Полиграф или «детектор лжи» на наших допросах не применяется, а используется только специалистами полиграфологами, которые составляют экспертное заключение. Сначала мы допрашиваем подозреваемого, результаты и другие материалы уголовного дела передаем полиграфологу, который готовит свои вопросы. В случае, если человек не возражает, он проходит проверку на полиграфе.

— Есть ли у вас свой индивидуальный стиль ведения дел?

— Методика одинакова практически для всех. Есть определенный план работы: изучаешь личность допрашиваемого, объясняешь ему права, а потом выясняешь нужные обстоятельства. Я зачастую всегда пишу вопросы заранее, причем с учетом двух или трех версий, которые, на мой взгляд, он может выдвинуть. По налоговым и экономическим делам подготовка может занять и полдня, а число вопросов достигает 50 и больше. Каждый следователь обладает определенными знаниями в области психологии, которые приобретаются с опытом. В зависимости от личности обвиняемого применяются те или иные приемы, так называемые следственные хитрости.

— С какими проблемами сталкиваются следователи в работе?

— Постоянно приходится анализировать, даже когда ты не на работе. Иногда даже снится что-то. Психологически очень сложно расследовать преступления, совершенные в отношении несовершеннолетних и самими несовершеннолетними. С подростками всегда сложно найти общий язык. Во-первых, их всегда нужно допрашивать в присутствии законных представителей. Во-вторых, они еще не выросли, чтобы общаться с ними, как со взрослыми, приходится говорить на их языке, иногда применяя сленг, находить психологический контакт. Обычно вспоминаешь себя в этом возрасте. Если совсем сложно, помогает психолог.

— В массовой культуре борец с преступностью – это зачастую герой с пистолетом. Какие следователи на самом деле?

— По сути, работа следователя — кабинетная. Большую часть времени, процентов 70-80, вызываю и допрашиваю людей, анализирую, составляю процессуальные документы. В дежурство выезжаю на осмотры места происшествий. При происшествиях, связанных с убийствами, гибелью людей, иногда по несколько дней подряд провожу неотложные следственные действия, чтобы собрать и закрепить доказательства. На задержание выезжаю только при наличии оперативного сопровождения сотрудников других правоохранительных органов. Моя задача – обеспечить законность и качество проведения процессуальных действий, а силовую поддержку оказывают наши коллеги из МВД, ФСБ, ФСИН.

— Как проходит ваш рабочий день? Чем занимаетесь в свободное время?

— В городском отделе я работал с 7 утра до 9 вечера с двумя перерывами. Работы всегда много, потому что помимо уголовных дел следователи проводят еще и доследственные проверки (в среднем на каждого следователя приходится более 20 материалов проверок в месяц). У меня нет особых увлечений или хобби, интересуюсь всем понемногу. Свое свободное время провожу с семьей. Хотя многие следователи увлекаются спортом, кто-то занимается футболом, плаванием, многие ходят в спортзал. Для меня главный отдых – это время с семьей.

— У Глеба Жеглова было шесть правил. Можете назвать шесть правил Олега Тетерина?

— Как таковых правил у меня нет, я никогда не думал об этом. Единственное правило, которое все-таки есть — это непримиримо бороться с нарушениями закона в любых проявлениях, без разницы, кто бы их не совершил. Защищать интересы человека, общества и государства — таков основной принцип работы следователя.

Не только люди, далёкие от права, но даже молодые юристы часто путают следователей и дознавателей. В частности, ТС.

А ведь даже на этапе подачи заявления в правоохранительные органы очень важно правильно определиться с подследственностью, чтобы ускорить процесс. Нет. Заявитель не может определять подследственность. В ходе доследственной проверки (про которую ТС не слышал) подследственность может кардинально измениться. Ускорить процесс можно при самогоноварении. Сроки проверки по сообщениям о преступлении, а также следствия и дознания определены УПК РФ.

В общем случае, дознаватель – это должностное лицо, проводящее широкий круг вопросов по сообщениям о преступлениях, указанных в п.1 ч.3 ст.150 УПК РФ. Бред. Дознаватель — это лицо, на которое письменным поручением начальника органа дознания возложены полномочия органа дознания (ст. 41 УПК РФ). Говоря по простому: начальник отдела полиции может своим приказом поручить сотруднику отдела провести дознание по тому или иному материалу. Для соблюдения принципа разделения труда (чтоб не грузить всех подряд) в ОВД существуют отделения дознания, которые специализированы именно на функции расследования уголовных дел небольшой степени тяжести.

А именно, дознание производится (чтобы вы не гуглили):

Дознаватель – это должностное лицо, которое относится к органу дознания. Большую их часть составляют сотрудники органов внутренних дел (полиция). К дознавателям также относятся работники: Нет. Не работники, а сотрудники -дознаватели. Работники вставляют стекла в рамы, кладут кирпич и моют полы в кабинетах.

пограничной службы, пожарного надзора, ФСБ, налоговой полиции, Нет

Как правило, проверки данных должностных лиц проводятся по сообщениям о правонарушениях, общественная опасность которых сравнительно невелика. Фраза без смысла.

Следователь – это сотрудник правоохранительных органов

Нет. Следователь является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной УПК РФ осуществлять предварительное следствие по уголовному делу.

(следственный комитет, прокуратура), который производит предварительное следствие по возбужденному уголовному делу. Нет. Только СКР, ФСБ, МВД. В прокуратуре следователей нет (ст. 151 УПК РФ).

У данного должностного лица есть широкий спектр полномочий –Нет. Только предусмотренные УПК РФ.

значительно шире, чем у дознавателя. Так, следователь может возбудить уголовное дело, принять его к своему производству, направить по подследственности (территориальности), провести следственные (процессуальные) мероприятия, давать органу дознания письменные поручения по ОРМ (оперативно-розыскным мероприятиям), обязательные для исполнения.

Таким образом, следователи осуществляют производство по более сложным уголовным делам, (Нет в УПК понятия «более сложное». Преступления делятся по степени тяжести, а не по сложности. Бытовуха зачастую гораздо сложнее контрабанды..

а дознаватели, по сути, призваны избавить их от различной «мелочёвки».Нет. Это разные органы предварительного следствия. Как левая рука не является помощницей правой.

Речь идёт не только о престиже профессии, но и специальной подготовке.

К компетенции дознавателей относятся относительно простые составы преступлений, а общественная опасность – невысокой.Нет понятия «простой состав преступления». Состав един для всех преступлений.

Дознавателями в полиции в большинстве случаев являются оперуполномоченные и участковые инспекторы, которые делают наиболее «грязную» работу. Бред бредский. В ОВД имеются отделения дознания. Они, как правило, и расследуют уголовные дела.

Следователь может давать поручения дознавателю, а также иным структурным подразделениям правоохранительных органов – в пределах своей компетенции. Нет. Не может и не дает. Следователь может дать поручения органу дознания, но не дознавателю. Каким таким «иным структурным подразделениям»? ТС хоть имеет представление о структуре правоохранительных органов?

Дознаватель всё делает самостоятельно, от получения заявления для рассмотрения до направления уголовного дела в суд. Нет. По согласованию с начальником органа дознания. Все постановления дознаватель утверждает начальником органа дознания.

Как следователи, так и дознаватели могут проводить проверочные мероприятия, включая сбор доказательств, назначение экспертиз, проведение неотложных следственных мероприятий. Зачем следователю проводить проверочные мероприятия? Для этого есть орган дознания. Следователь должен установить наличие или отсутствие признаков состава преступления и возбудить уголовное дело в случае их наличия.

Заключение.

Итого, что мы имеем:

1. ТС не читал УПК РФ, не понимает систему уголовного права и не различает основных понятий.

2. ТС не знает структуру правоохранительных органов, их взаимосвязь, компетенцию и сферу деятельности. про такие сложные понятия, как «орган дознания» и подавно.

3. Учиться, тебе надо, ТС, а не писать посты о вещах, о которых ты имеешь крайне поверхностное представление.

НЕ НАДО ПРОДОЛЖЕНИЯ!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *